Потребности

Сред­невековый феодал

Если мог отобедать, не особенно заботясь о том, как выгля­дит он со стороны, и вперемешку («… мясо, рыба, дичь и сладости пода­вались вперемешку без особого порядка; венчали трапезу фрукты и орехи»), то новые придворные крайне озаботились гармонией для сто­роннего взгляда не только стола, но и себя за ним. Читать далее

Зарождение новой культурной парадигмы

Это раннее понимание связано с усилением идеи кризиса модерна и, разрабатывавшейся затем в рамках основных школ философии, философской антропологии, философии культуры. Позже термин постмодерн применялся для характе­ристики определенной фазы развития западноевропейской культуры, начавшейся в последней четверти XIX века. Такой подход был представ­лен в работах по философии истории английского историка и социолога  А.Тойнби.

Читать далее

Основные духовные компоненты повседневного опыта

Духовный мир повседневного человека многообразен. Важным про­явлением духовности в социомикромире является вера. Вера повседневно­го человека не обязательно имеет религиозный характер: это может быть и вера ученого в правильность его предположений, вера интеллигентного человека в состоятельность культурной традиции, а немыслящего — в авто­ритет, определенную харизматичную личность. Читать далее

«Психиатрическая власть»

В работе «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы» (1975 г.) и в курсе лекций М. Фуко показыва­ет, что индивидуализация потребностей европейца имела место в период повсеместного распространения новых механизмов власти, принуждаю­щих к соответствию своим нормам все (включая и самые незначительные) действия индивида. Читать далее

Принцип абстракции новоевропейской экономики

В отличие от экономической деятельности каменного века и века ме­таллов, в ходе которой удовлетворялась потребность в социальном при­знании, коммуникации, отчасти и групповом единстве, смыслом новоевро­пейской экономической деятельности является суммирование благ. Но­воевропейская экономика все более погружается в мир абстракций. Ми­шель Фуко убедительно показал это на истории такого элемента экономи­ческих отношений, как деньги, описанной в книге «Слова и вещи». Читать далее

Развитие товарно-денежных отношений

реализуется как разрешение противоречия между абстрактным и конкретным трудом, между стоимо­стью товара в ее денежном эквиваленте и потребительной ее стоимостью, определяющей способ бытия человека. Если ведущей стороной этого про­тиворечия является конкретный труд, то он создает такую потребитель­ную стоимость, которая служит средством развития человека. Читать далее

Современные следствия цивилизованности человеческих потребностей

Таким образом, на основании исследования Элиаса можно заклю­чить, что в совокупность результатов процесса цивилизации входит и уси­ление у человека способности сокрытия собственных переживаний. Но следует помнить, что скрытность является достоинством только в том слу­чае, когда есть что скрывать — при обладании действительной тайной. Кар­тина в отношении сформировавшегося в XIV XVII вв. человеческого типа совершенно иная. Он удаляет от общественного внимания ряд мелких, не требующих социального признания постыдных потребностей, погружается в переживания об их неисполненности и поэтому связывает свое самоосу — ществление с закрытой для большого коллективного мира сферой приват­ной жизни. В такой ситуации невозможно говорить о желании всей жизни. На его место заступают несущественные, но крайне упрямые потребности, которые готовы удовлетвориться перечнем небольших, трудно замечаемых со стороны достижений. Здесь корни логики «шаг за шагом» и «только без фанатизма» реализации желаний современного человека. Позже все это в сопровождении с упадком интереса к неутилитар­ным совместным практикам органично сживется с результатами индустри­альной революции XIX в. Напомним только основные из них. В 1829 г. Джордж Стефенсон сконструировал «Ракету» — первый паровоз, а уже в 1837 г. проложил первый рельсовый путь Манчестер — Ливерпуль. В 1876 г. Александр Белл позволит болтовне Читать далее

Критика классической трактовки понятия субъект

Проблематичность существования субъекта — важнейшая тема постмодернистской философии, которая получила выражение в радикаль­ной концепции «Смерти Субъекта», выразившей полный отказ представи­телей постмодерна от понятия традиционного, однозначно центрированно­го личностного начала. Если в эпоху модерна утверждалась идея самости, то есть главенствующей позиции и самотождественности Я, то постмодерн предлагает идею расщепления, рассеивания, децентрации Я. Но необходи­мо отметить, что такой подход подготавливался уже в рамках модернист­ской философии, например в противопоставлении Я, Сверх-Я и Оно, разработанном в психоанализе, в феноменологической идеи интенцио — нальности сознания. Принцип децентрации стал одним из основных в постмодерне. Дан­ный принцип был призван оспорить укоренение опыта европейского чело­вечества в едином основании, которое привело к рациоцентризму в психо­логии, европоцентризму в культурологии, футуроцентризму в истории и социальной философии. В философии же этот принцип привел к утвер­ждению идеи существования неизменного, постоянного Субъекта как некоего исходного смыслообразующего центра человеческого опыта. Су­ществование такого субъекта не только ставится под сомнение, но и пол­ностью отрицается в рамках постмодернистской парадигмы. Можно проиллюстрировать процесс децентрации Читать далее

Модернистская эпоха

В этом смысле в временность больше не озна­чает бренности, всегда проигрывающей соревнование с вечностью. С точ­ки зрения историчности можно поставить вопрос о «вечности» и обнару­жить, что мы всегда имеем дело не с «вечностью», но с актуальностью представления о ней, которая длится определенное время. То архаическое, древнее представление, которое непрестанно обращалось в своем опыте к «вечному», точно также является «историчным». В саму необходимость «концентрации на вечном» индивид верил в определенный период. В нем полагалось, что вечное есть то, что только и может придать явлениям смысл — необходимо искать неизменное, которое только и может гаранти­ровать высокое качество бытийного самочувствия. Но модерн отказывает­ся от этого представления. Для субъекта модерна, напротив, все явления интересны именно тем, что они историчны и могут быть помыслены с этой точки зрения. Именно с учетом сказанного необходимо подойти ко второй отличительной черте модерна, которая неизменно бросается в глаза. Столкновение с ней как правило порождает рассуждения об «утрате ценностей» и «крушении норм» — современный субъект видится утратив­шим почтительность к моральным идеалам. Но подобное вменение оказы­вается поспешным и не считающимся с взаимоотношением в котором Читать далее

Научное мировоззрение

Т достичь связанного с ним промыш­ленного роста. Для этого, как считают, средневековому познанию понадо­билось бы слишком много времени уделить вещам низших уровней иерар­хии — материальности и материалу, орудиям и т.п. Но на самом деле, Средневековье вовсе не было местом, где отказывались от любого знания лишь по той причине, что оно поставляет сведения о предметах «неблаго­родного» происхождения. Напротив, многочисленные исторические свиде­тельства указывают на то, что мир представлял для средневекового чело­века объемное вместилище, в котором было на что опереться и к чему об­ратиться с вопросом. Запросы, которые он этому миру адресовывал, носи­ли много более доверительный и откровенный характер, чем, скажем, се­годняшний стиль обращения с предметами, когда многочисленные правила и предостережения локализуют и сдерживают наше любопытство по от­ношению к окружающему. Для заинтересованности средневекового чело­века опору предоставляло символическое значение, которое полностью покрывало собой поле всего существующего и обеспечивало каждой вещи ее пригодность для бытия и определенное значение для человека. Так, по мнению средневековой медицины грецкий орех пригоден для лечения болезней головы, потому что извилистая поверхность его полови­нок напоминает мозг. Маленькие черные «вороньи» ягоды в свою очередь годятся для улучшения зоркости, потому что похожи Читать далее