Преобладание прямой траектории в движении современного ев­ропейца

Примером культурной определенности наших телесных стратегий является. Как правило, мы не петляем, даже если чистая геометрия пути нам не особо выгодна. Это нерационализируемое предпочтение держаться неискривленных дорог демонстрирует воздействие современной культуры ограждений (четко просматриваемой в тенденции ничем не оправдываемо­го увеличения числа изгородей в городском пространстве, жесткой огра­ниченности возможностей нашего движения турникетами метрополитена, крутящимися дверями торговых центров и пр.), разбивающей наше жизненное пространство на территорию обыденного, открытого для всех опыта, и сакральных, доступных только для избранных, мест локализации власти. Продолжающий двигаться по прямой даже не в публичных местах европеец таким образом реализует идеологически выгодную модель дистантного (подразумевающего смесь страха и уважения) отношения к властным институтам. Социальное происхождение телесных привычек также хорошо прослеживается в феномене несовпадения наших коммуни­кативной дистанций. Например, когда житель элитарного района города пользуется станциями метро с преобладанием пролетарского населения, возможно заметить, как он пытается увернуться, изъять собственное тело из зон плотной контактности. Даже при отсутствии давки обитатели рабо­чих районов держатся довольно близко друг к другу, тогда как не вырос­ший в этих районах человек, находясь вблизи них, чувствует себя неловко и отступает от скученных тел.

Комментарии запрещены.